"...ни дерева, ни кустика..." М.П. Чехова

Л.А. Бусловская

А начиналось все с покупки А.П. Чеховым участка в Аутке.

«Однажды Антон Павлович таинственно повез нас с доктором Орловым в верхнюю Аутку, – вспоминает И.А. Синани, – которая тогда еще не была присоединена к городу Ялте, а считалась деревней, остановился в конце ее, загадочно предложил нам перелезть через низкий забор и, когда мы очутились на довольно неприглядном участке, под самым пыльным шоссе, с запущенным виноградником, с двумя-тремя тощими деревьями и старым татарским кладбищем с многочисленными характерными надгробными мусульманскими памятниками по передней его границе, он торжественно заявил, что этот самый участок он собирается купить, причем при оценке его рекомендовал обратить особенное внимание на два его достоинства: во-первых, на имеющийся "библейский" колодец и, во-вторых, на чудесный далекий вид на долину речки Учан-Су и кусочек моря. Так как владелец продавал участок из уважения к Чехову необыкновенно дешево, за четыре тысячи, да еще так, что три тысячи можно было платить когда угодно и без процентов, то тут же на общем собрании решено было, что покупать стоит».

Верхняя Аутка, где Чехов облюбовал участок для постройки дома, находилась за городской чертой во всех смыслах: административном, курортном и культурном. В Верхней Аутке жили преимущественно греки, занимавшиеся виноградарством и табаководством, курортная публика тут не селилась, и те блага цивилизации, которыми шаг за шагом оснащалась Ялта, сюда не доходили и удивление знакомых Чехова по поводу его выбора можно понять. Еще и сегодня можно услышать вопросы, в которых звучит подобное же недоумение, хотя бывшая Верхняя Аутка давно уже является частью города и изменила свой вид. Правда, сегодня вопросы ставятся иначе: почему Чехов поселился так далеко от моря и от гор? Здесь земельные участки стоили дешевле, чем в Ялте, что для Чехова имело немаловажное значение; и близость моря и курортной публики для него, человека больного и занятого работой, была нежелательна.

«Когда мы пришли на место, – вспоминала много лет спустя сестра Чехова, – и я посмотрела на участок, настроение у меня совсем испортилось. Я увидела нечто невероятное: участок представлял собой часть крутого косогора, спускавшегося прямо от шоссейной дороги вниз, на нем не было никакой постройки, ни дерева, ни кустика, лишь старый, заброшенный корявый виноградник. Он был обнесен плетнем, за которым лежало татарское кладбище...»

Дом был построен по проекту молодого архитектора Л.Н. Шаповалова. С Л.Н.Шаповаловым Чехова познакомил в книжной лавке знающий всех и всё владелец лавки И.А. Синани. Молодой архитектор, только два года как закончивший Московскую школу живописи, ваяния и зодчества, уже успел проявить себя: он принимал участие в строительстве здания Московской консерватории и Курского вокзала в Москве, а теперь приехал в Крым отдохнуть. «Мне и в голову не могло прийти, – писал он впоследствии, – что эта поездка изменит все мои дальнейшие жизненные планы и сделает меня в течение нескольких десятилетий постоянным жителем Крыма. И виной всему – встреча с Чеховым». Л.Н. Шаповалов вспоминал, что Чехов поначалу нередко прогуливался с ним по набережной и беседовал «на самые различные темы». Видимо, Чехов присматривался к новому знакомому, выяснял его вкусы, характер, образ мыслей – ведь писателю, по сути, нужен был единомышленник, человек близкий по духу. И когда во время одной из таких прогулок Шаповалов услышал: «Прошу вас, Лев Николаевич, построить мне в Ялте небольшой дом», – это прозвучало для него, как он признавался, «совершенно неожиданно». Теперь отношения приобретали деловой, официальный характер, и волнение молодого архитектора можно понять. «Антон Павлович, – вспоминал Шаповалов, – со свойственной ему чуткостью уловил мое колебание и повторил предложение. Делать было нечего – я согласился». Требования Антона Павловича были таковы: «Дом должен быть очень скромным, простым, уютным и удобным». Исходя из этого и создавался проект. Вот что рассказывал об этом сам архитектор в 1948 году племяннику Антона Павловича С.М. Чехову: «Когда А.П. Чехов поручил мне разработать архитектурный проект его дома, я, прежде всего поставил перед собой задачу решить кабинет и спальню так, чтобы они удовлетворяли основному требованию: в них будет жить писатель, больной туберкулезом. Я начал с того, что расположил дом на участке фасадом на юг, в северной стене не стал делать окон. Туберкулезному больному нужно много чистого воздуха, поэтому в кабинете я наметил сделать очень большое окно. Одновременно необходимо было предохранить Антона Павловича от сквозняков во время его работы за письменным столом. С этой целью я сделал в кабинете нишу... Место для письменного стола писателя я наметил так, чтобы он, сидя в кресле перед столом, находился уже в нише, где не могло быть никакого дуновения. Задача, разрешенная таким образом, оказала влияние на композицию фасада, где основным лейтмотивом оказались два окна – одно очень большое с полукруглым верхом, и рядом с ним другое – маленькое, узкое, поднятое вверх. Окна в спальне я расположил низко для того, чтобы в тихие, безветренные дни Антон Павлович, не придвигая стола к окну, мог писать прямо на подоконнике, любуясь открывающимся видом. Архитектурный образ дома определился окончательно, когда была решена комната Марии Павловны. Ей нужно было спроектировать мастерскую для занятий живописью с большим окном на север, мастерскую, которая была бы, одновременно, ее жилой комнатой и кабинетом, с видом на море и притом уединенную, обособленную от других жилых комнат». Для нее был спроектирован мезонин. Как видим, архитектор понял своего заказчика в отношении того, что касалось уюта и удобства будущего дома, и понял тонко, любовно и достаточно быстро. Требования же скромности и простоты архитектурного облика оказалось выполнить труднее, поскольку и эти качества должны были быть «чеховскими» и «крымскими». Внешний облик будущего дома должен был увязываться с тем образом писателя, какой существовал у архитектора, и с тем пейзажем, который Чехов находил великолепным. Для Марии Павловны окажется приятной неожиданностью, что «архитектор вместо предполагавшегося полуподвала сделал, в сущности, полный первый этаж» и дом стал трехэтажным. Он был построен очень быстро за 10 месяцев. 9 сентября 1899 года Антон Павлович с матерью и сестрой Марией поселились в новом доме. Так начинался дом А.П. Чехова в Ялте, а вместе с ним и судьба нового крымского архитектора, построившего впоследствии в Крыму более пятидесяти зданий – домов отдыха, больниц и школ.

Леокадия Бусловская

заведующая научно-просветительным отделом

Дома-музея А.П. Чехова в Ялте.

Добавить свой отзыв:

Ваше имя:

Отзыв:

Подтверждение: